По причине почти нулевой активности в игре, мы приняли решение закрыть ролевую. Спасибо всем, кто был с нами.
спасти и сохраниться
Куросава Аку, Тачибана Сора
поверь глазам своим
Какизаки Тенга

demonifuge

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » demonifuge » матушка йоми дает вам задание » 15.04.2012 «Мы идем в гости к мангаке!»


15.04.2012 «Мы идем в гости к мангаке!»

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

http://i.imgur.com/0JHjSL7.png
15 апреля 2012
«МЫ ИДЕМ В ГОСТИ К МАНГАКЕ!»

В РОЛЯХ:
Ниигаки Риса
Иэтоми Гекуто
ГМ, который кидает кубы

ЧТО ТУТ ПРОИСХОДИТ?!
Желая стать известным мангакой, Риса-чан узнает, что в городе проживает один из представителей этой великолепной профессии, у которого, наверное, даже можно взять уроки! Собравшись с духом и мыслями, она находит его дом и нажимает на звонок, желая уломать его на несколько уроков для юного кохая. Впрочем, ей необходимо учесть особенности ее странности. Что же будет делать Риса-чан?

2

Стать настоящим, уважаемым мангакой, нарисовать культовую мангу (а то и не одну) и прославиться в веках так, чтобы толстые очкарики-отаку с придыханием произносили твоё имя на очередном конвенте - о, эта мечта надёжно заняла второе место в душе Рисы. Второе, потому что она всё ещё не отчаивалась, проводя собственное расследование по поиску пропавшей головы, но, судя по его отсутствующим результатам, культовым автором какой-нибудь бесконечной ёнкомы она могла стать даже раньше. На самом деле, для этого у девушки всё было - она неплохо рисовала, писала незамысловатые истории и забавные диалоги из коротких шуточек, а придуманных персонажей и их концептов с краткими описаниями она сочинила столько, что блокноты с ними занимали целый ящик тумбочки.
Ей только не хватало решимости показать это кому-нибудь.
Сердце Рисы ёкало каждый раз, как она сама невзначай, нечаянно упоминала свои успехи и прогресс в рисовании, разговаривая с кем-нибудь. Преимущественно это случалось в интернете - в разговоре тет-а-тет она иногда успевала отредактировать напечатанное на телефоне сообщение прежде, чем показать его своему собеседнику, но даже в таком случае Ниигаки теряла душевное спокойствие и, возвращаясь домой, тут же изрисовывала сразу целый блокнот для собственного наказания. У неё были друзья, и целесообразным было бы показать свои успехи сначала им...
...Но чёрт подери, как же это было сложно! А вдруг засмеют или раскритикуют стиль? Или идею? А вдруг им не понравятся её выписанные и с любовью прорисованные персонажи? Как же пережить такой позор, если он нависнет над бедной Рисой чёрной тучей в виде посредственных шуточек?
Решение в конце концов созрело - не в голове девушки, которая, как обычно, была неизвестно где, но где-то в глубинах её сердца. Сравнив имя, указанное под адресом посылки, которую ей предстояло сегодня доставить, Риса вдруг дёрнулась, да так, что незакреплённый шлем опасно закачался из стороны в сторону. Иэтоми Гекуто - не самое известное имя в мире манги, но знакомое каждому, кто хоть немного шарит в теме. Интересно, думала девушка, это не совпадение? А просто тёзка? Мало по Японии бродит всяких Гекутё, пусть даже и Иэтоми? Пожалуй, не стоит игнорировать настолько явную помощь судьбы.
Собрав волю в кулак, девушка упаковала свои лучшие бумажные наработки в толстую папку, как смогла запихнула её в сумку и, прежде чем здравый смысл возьмёт верх, рванула на ревущем мотоцикле к мангаке.
Одна её половина молилась, чтобы Гекуте оказался тем, кем она его считала.
Вторая вопила, что лучше бы она ошибалась и всё продолжало идти своим чередом.
Припарковав своего железного коня, Риса перекинула сумку через плечо, взяла подмышку небольшую посылку и, по пути к пункту назначения, набирала на телефоне "Вам посылка, распишитесь тут и тут", но трясущиеся пальцы никак не хотели попадать по нужным кнопкам.
Ещё минуту она то тянулась к звонку, то судорожно поправляла свой шлем, чтобы, как ей казалось, он не сидел криво, как будто у неё свёрнута шея.
Потом Риса всё же позвонила и замерла, ожидая развязки - или, наоборот, завязки всей этой истории.

Отредактировано Niigaki Risa (2016-07-16 08:35:26)

3

Что являет собой символ грехопадения, представляясь снимая шляпу из волос падших при Курукшетре и слегка отодвигая полы своего пальто, сотканного из кожи демонов-оборотней, штурмовавших Небесные чертоги под предводительством будущего Просветлённого? О, это же такой простой вопрос!
Отсутствие бумаги - эта естественная тьма из зла, которую вселенский закон знакомит с каждым из живущих. Любая бумага может исчезнуть вдруг, без предисловий, оставляя тебя с отчаяньем обречённого... или вынуждая делать крупные заказы. Эти долгие, страдающие от медлительности заказы!
Разве не ясным голосом он требовал доставить бумагу не позднее чем через полчаса? Не внятным ли языком пояснил, как трепетно вдохновение Творца?! И разве не он, Иэтоми Гёкуто, был преданным клиентом, удовлетворяя свои запросы именно с их фирмой?! Это всё верно, так почему же эти мерзавцы отложили его запрос в копилку завтрашних дел?!
Кошка, оставшаяся от его почившей тётки, недовольно вырвалась из рук нынешнего хозяина дома, гордо удаляясь прочь - устала терпеть недовольные движения мужчины, далёкие от приятного поглаживания. Автор долгоиграющего ранобэ и множества манги по проще, коей не суждено стать сериалами из глубоких убеждений их создателя, не стал останавливать питомицу. Только глянул недовольно вслед, как на предателя, да продолжил причитать себе под нос.
В общем и целом манга-сериалы оставались более выгодным делом, нежели лайт-новеллы, и сам парень понимал это. Но природная склонность его рода не позволяла ему выбрать эту стезю, стать мангакой по праву, а не по воле народного желания выдумать ему прозвище. Да - соглашался Иэтоми - рисовать мангу прибыльнее, и он получит куда больше славы и признания. Но вместе с этим - запрёт себя в одном месте, готовя со своими ассистентами очередную главу в при желании большом, но ограниченном территорией участка доме. Абсолютно, совершенно неприемлемо.
И всё же, именно официальные и не очень комиксы стали для него отдушиной. "Мангака Гёкуто" продолжал кривится заслышав такое обращение, но и не прекращал посылать ваншоты в издательства и лично продавать додзинси на конах. Как собирался и сейчас побороться с начинающими и опытными авторами в грядущем конкурсе одного менее именитого журнала. Бумаги только нет, чтобы рисовать.
И это. Сводит. С ума, свались на вас заяц-Кришна! Он даже надел шляпу, не так давно принёсшую ему удачу, но работать всё ещё не на чем. Гёкуто просто физически ощущал, как гниют в нём идеи, потенциал и возможности, не находя себе выхода.
В этот момент, когда этот крашенный рыжий японец попытался разорвать своё пончо на манер одного американского рестлера, прозвенел звонок. Радостной, полной надежды трелью. И он бросился к входной двери как был, сочетая косплейные шляпы с бриджами, истово веря что за дверью ждут божественные небесные лоси из России, неся на рогах коробки с так необходимой бумагой.
Увы, на самом деле там была незнакомая фигура в шлеме, и лицо деятельного отаку омрачилось под цвет костюма... если исходит из выпуклости неподалёку от той малюсенькой коробочки, неизвестной.
Спустя девять с половиной секунд несложных математических исчислений, состоящих из подсчёта требуемого количества страниц и прибавления неизбежного брака, плюс время на переговоры с редактором и утверждение работы, да ещё и сам факт намеренного желания оставить всё на последние дни.
- О, благая вестница смерти, это был жестокий coup de grâce с вашей стороны, - Траурным голосом заявил хозяин дома, старательно строя на лице "улыбку будды", - Слишком жестокий для конкурсной работы Иэтоми Гёкуто. Или же романтика не мой жанр?
Так, надвинув шляпу на глаза, мастер развлекательных медиа стал погружаться в яму показного самоуничижения. Чтобы всем-всем вокруг стало невыносимо стыдно, особенно кошке и незнакомке-курьеру.

Отредактировано Ietomi Gyokuto (2016-07-14 01:14:06)

4

Непросто работать курьером, если ты не обладаешь монашеским спокойствием или, хотя бы, миленькой внешностью, способной утихомирить разбушевавшегося клиента. Как известно, человек, терпеливо ждущий посылки, в девяноста процентах случаев вспыльчив настолько, что минута опоздания по его личным часам уже заслуживает смерти - декапитации в лучшем случае. Но ладно доставка, люди умудряются придираться даже к содержимому посылки, по какой-то причине считая, что именно курьер их перепутал, заменил исходный адрес или совершил ещё что-нибудь противоестественное с несчастной коробкой специально для того, чтобы именно он, несчастный получатель, остался в дураках. Вспыльчивый человек, вроде Какизаки, долго на такой работе не продержится - попытавшись замолвить за него словечко, Риса потом наблюдала, как он после долгой, срывающей покровы с почтовиков речи клиента засунул ему посылку в рот и ушёл восвояси. Больше она работу ему не предлагала.
Ниигаки, впрочем, была совершенно другой, но ей и общаться приходилось гораздо меньше. Слухи о девушке в чёрном костюме с жёлтым шлемом, которая не произносит ни слова, разошлись по всему Йоми, вслед за этим поползли теории о причинах её молчания и теперь каждый, кто встречал Рису на своём пороге, в зависимости от возраста либо жалел её (так как считал её жертвой несчастного случая или злобных якудза), либо восхищался (воображая её супергероем, соблюдающим полную конспирацию). В любом случае, обычный человек, видевший перед собой курьера-Ниигаки, обычно проглатывал слова негодования или высказывал их в гораздо меньшем объёме и намного более вежливо. Девушка списывала это на вопиющую вежливость жителей Йоми, даже не подозревая, что причиной тому является её довольно причудливый образ.
Сейчас Риса встретила того, кто мог поспорить с ней в эксцентричности. Пусть яркий образ стоящего перед ней мангаки был искусственным, намеренно кричащим "я такой необычный!", он всё же позволял ему не только не удивиться встрече с местной зарождающейся городской легендой, но и высказать свои претензии фразами, которые сама Риса сочиняла бы не меньше десяти минут.
Но, по крайней мере, стало понятно, что это тот самый Гекутё. Восхищение захватило Рису так сильно, что адекватной реакцией на происходящее была только протянутая посылка и, возможно, глупая улыбка, если бы девушка могла улыбаться. Так они и стояли, смотря друг на друга - низвергнутый в пучины жестоким поворотом судьбы Иэтоми и воспарившая в небеса Ниигаки.
Прошло секунд тридцать.
Потом стало слышно, как пальцы на околозвуковой скорости барабанят по экрану телефона.
"Неправда!" - гласило сунутое под нос парня сообщение. "Я всю ночь рыдала после вашей "Любви Волшебницы Минами"! Жду, когда её экранизируют!"
Через пару секунд в Иэтоми упёрлась новая надпись на экране:
"Я мечтаю нарисовать мангу хоть на десятую долю такую же классную, как у вас!"

5

Помимо уже сказанного, есть ещё одна причина, по которой человек по имени Иэтоми Гёкуто не любил, когда его называли мангакой. Это причина была закономерна, логична и ожидаема, но всё же приносила с собой боль, от которой трудно защититься честолюбивому автору вроде него. При всём его отношении к манга-комиксам как к хобби, и при всём его профессионализме как писателя в "жанре ранобэ", куда более известны и популярны были те самые ваншоты и додзинси. Конечно, он и сам признавал что золотой век его новеллы давно прошёл, но когда синглы и любительские равлекушки становятся первой ассоциацией с твоим именем... казалось, словно таким образом его называют неудачником.
И всё же похвальба приятна. Поэтому Гёкуто, после того как госпожа вестница выразила ему своё восхищение весьма и весьма экстравагантным способом, сменил улыбку просветлённого тёплым ликом триединого Бога.
- Любовь Волшебницы Минами? Рыдала всю ночь? - Всё больше повышался тон, с каким отвечал хозяин дома. И вот, после нового сообщения, это уже был ни шёпот, ни разговор на шумном проспекте, но знаменитый греческий спор двух довольных собой джентльменов, - Хоть десятую долю?! Милушка, не слова больше - разувайтесь и внутрь!
С этими словами - а скорее даже приказом, принимая во внимание прорезавшуюся властность, - один из многих потомков славного рода Иэтоми внаглую потащил девушку в "кабинет для манги", как он его называл. Особое помещение со всем необходимым, окном выходящим на улицу и, пусть и без всякой отаку-атрибутики, та комната одна из немногих, действительно обновлённых после смены владельца.
Во всяком случае, даже кошка, сейчас как неодобрительно глядящая за очередной глупостью рыжего японца, словно только рада от того, что Гёкуто сохранил интерьер большей части дома нетронутым. Телевизор и тот говорил: "в моём доме живёт пожилая леди, а не молодой мужчина". Впрочем, это всё лирика. Как и рассказываемый попутно гостье рассказ о том, как в его безмятежной голове родилась идея о "Волшебнице Минами".
- "ВолМин", как ты знаешь, последняя моя официальная манга на данный момент. Тоже своего рода давняя мечта. Видишь ли, когда пишешь сёнен, да и вечно или работаешь, или путешествуешь в поисках идей, для любви не остаётся места. Но парням тоже нравится романтика, это очевидно, и мне долгое время хотелось попробовать себя в этом. Не как в той додзинси, нарисованной мной для прошлогоднего Комикета, но чисто и невинно. Без лишнего эроса.
Дойдя же до нужного кабинета и чуть не впихивая туда несчастную, Гёкуто взял со шкафа неподалёку выпуск журнала, в котором была опубликована обсуждаемая манга его пера. И он продолжил свой самодовольный рассказ, положив журнал на стол раскрытым на странице с одним из лучших кадров той работы.
- Сюжет почти целиком появился во время моей охоты за северным сиянием на Кольском полуострове. Ну, это и так видно - я много сил потратил на все эти виды, фоны! Экспрессия через природу, словно мы очутились в веке старых художников! Не говоря о том, что там было холоднее чем на Хоккайдо, так что тепло было нужно мне просто физически. И до чего же удачно, что мне не сократили количество страниц - вырежи отсюда хоть что-то, и эффект будет совсем не тот, со-вер-шен-но!
Кончив на этой высокой ноте, любитель косплея рухнул камнепадом за свой стол и, сложив руки в классическом жесте командира организации по спасению мира, перевёл выжидающих взгляд на шлем незнакомки.
- Но хватит обо мне - будь я создателем всего, на воскресенье я только закончил бы трепаться про себя же. Расскажи мне о манге, которую мечтает сделать моя поклонница. Что столь сильно ищет выхода из глубин души, что заставляет тебя смотреть на печальный чистый лист как на врага?

Отредактировано Ietomi Gyokuto (2016-09-13 00:23:28)

6

Расчётливый фанат, знающий всё о своём кумире, не позволяющий эйфории от встречи с ним затмить свою голову, может с лёгкостью втереться к нему в доверие. Конечно, это разниться от человека к человеку, но публичные люди, как правило, любят внимание, даже если оно направлено от одного, но очень преданного поклонника. Таким образом окончил свою жизнь знаменитый мангака Кисэй Таготари - любитель организовывать ежемесячные походы со своими фанатами в кафе. Рисуя для души, он часто забывал о коммерческой стороне своих произведений и в какой-то момент оказался по ушли в долгах, что вылилось в крайне неприятный инцидент в середине июля позапрошлого года, когда, по словам очевидцев, он возвратился домой с очередной фанаткой, а на утро был найден в своей комнатке с перерезанным бокскаттером горлом.
Риса почему-то каждый раз вздрагивала, когда натыкалась на упоминание этой новости в сети.
И, к счастью, она была тут не для того, чтобы убить Гекутё.
Да и расчётливым фанатом она не была, задев струны души Иэтоми исключительно благодаря удаче.
Она даже не успела набрать следующее сообщение, как мангака (писатель! Автор многих ранобэ!) буквально втащил её внутрь. Не смея терять ни секунды, Риса торопливо скинула скинула чёрные ботинки и направилась в святая святых всего дома - в кабинет Иэтоми, храм так  любимого ей творчества. Она даже не успела обратить внимание на контраст между хозяином дома и его обстановкой, и только подвернувшаяся под ноги кошка заставила поглощённую рассказом Гекутё девушку хоть немного смотреть по сторонам. Боясь перебить мужчину, она только кивала так часто, что шлем то и дело оказывался на волоске от падения.
"Итак, что теперь ответить?"
"Он не хочет говорить о себе, но спрашивает тебя о твоём произведении. Настал момент, когда нужно выбросить все карты на стол!"
Риса подняла указательный палец, жестом говоря "секундочку", подвинула на ремешке свою сумку и достала из неё увесистую папку без опознавательных знаков, после чего с величайшей осторожностью опустила её на стол. Риса заметила, что у неё опять трясутся руки, пока она развязывала шнуровку, но затем она глубоко вдохнула (бесшумно - на самом деле вдыхать-то было нечем), рывком раскрыла папку, развернула её по направлению к мангаке и толкнула её к нему.
Пачка листов - некоторые с уже готовыми ёнкомами, некоторые с раскадровкой, с дизайном персонажей и краткими их описаниями и роли в сюжете - давала общее представление о том, что ждёт читателя в будущем произведении будущей звезды Ниигаки Рисы. "Повседневная жизнь Юры-тян" рассказывала о школьнице, прибывшей в обыкновенную японскую школу по обмену и постоянно влипающей в различные смешные приключения из-за того, что у неё отсутствует голова. Что характерно, никто из остальных персонажей не придавал этому факту особого внимания, если только не собирался отпустить какую-нибудь шуточку-каламбур.
Ниигаки вдруг стало немного стыдно из-за того, что она так экономила на фонах, полностью вкладываясь в персонажей, особенно после вдохновляющей речи Иэтоми.

7

Терпеливо ожидая, Иэтоми Гёкуто лишь довольно кивал, стремясь выразить лицом своё одобрение подготовке вестницы. Были для неё обыкновением надежды встретить однажды кого-то вроде про, планировала заскочить после работы в издательство или же банально знала к кому должна отвезти ту грешную коробку - эта бросающаяся в глаза дилемма ничуть не волновала честолюбивого творца, коим и был славный потомок рода Иэтоми.
И пусть парень не был редактором, зарабатывающим свой хлеб на таких вот полных идей и надежд "юнцах", он всё же принял представшую наконец перед ним работу с видом мастера своего дела. Не столь важно, что точно такая же наружность у него могла быть хоть при поедании бургера в забегаловке, падении на льду или просмотре религиозного представления на языке, которого не понимал ни на пядь. Ведь им, (само) провозглашённым гениям так необходима своя профессиональная деформация, не так ли?
Расположить в нужном порядке листы было делом минуты. Немедля мангака приступил к чтению в избранном порядке, отрешившись от окружающего мира. Его познание было направленно только и исключительно на работу госпожи курьера. Не худшей из тех, что ему доводилось видеть, а даже будь она таковой - писатель мог уважить гостью и за саму идею. Правда, были тут кое-какие детали...
Пройдясь по предоставленному материалу второй раз и даже пойдя на третий, на этот круг шляпник позволил себе время от времени пускать пристальные взгляды на шлем, на стекло его, оглядываю девушку от пальцев до фигуры в целом. Имея на то право, он не собирался отказываться от небольшого разбора предоставленной работы - потому и открыл для себя иную цель. Не задавая ни единого вопроса, имея только мангу в руках и не продлившуюся и получаса пародию на общение составить образ её, словно персонажа очередной своей работы. Зачем?
Часто ли вы представляете себе какого это - жить без головы? Обратится кем-то наподобие дуллахана из далёкой Ирландии, взирая на мир ничего не держа на плечах? Едва ли. И даже придумав подобный элемент сеттинга, только истинный гений смог бы описать подобное бытие так... болезненно?
Иэтоми Гёкуто не верил в призраков, злых духов и прочих ёкаев. Зато в человеческий потенциал - ещё как, но в этом заключалась своя сложность. Если госпожа вестница, эта кажущаяся робкой девушка, скрывающая голову за шлемом даже в помещении и так ни разу не издавшая слышимого звука, смогла преодолеть себя и выразить душу на бумаге , то это лишь повод для уважения. Как возможному наставнику, ему будет просто гордится ей, но всё же стоит подбирать выражения аккуратнее. А ну как истерика, а он не готов?
Подняв руку и немного поводив ей из стороны в сторону, словно в раздумьях, но по факту больше следя за реакцией (и, по правде говоря, не особо надеясь на какой-либо результат - из-за шлема толком и заторможенность не уловишь), крашенный в рыжий японец наконец изрёк. Немного не то, что собирался изначально.
- Возьми ту коробку, что привезла мне, - Вкрадчиво, так и витая в глубине своих мыслей изрёк хозяин дома. Даже не замечая, что частично выдаёт свой акцент уроженца севера страны Ямато. - Вскрой её, возьми содержимое и рисуй дальше. Прямо здесь, пусть и на моём столе - это не важно. Можешь хоть полноценными кадрами, хоть схематически. Но рисуй, пока не кончатся или мысли, или бумага.
Головные странности не были единственной вещью, на которую обратил внимание автор ранобэ. Даже если сама ёнкома усердно показывает тебе их. Особенно, когда сама ёнкома усердно показывает тебе их.

8

Умерший египтянин, дрожа, стоит перед владыкой царства мёртвых, с ужасом ожидая своей участи. Два звероголовых бога взвешивают его сердце на своих тонких весах, определяя, куда же попадёт неприкаянная душа - в небытие, в желудках сорока двух чудовищ, или в царство Осириса, а она трясётся от страха, не ведая, что же решат всемогущие существа.
Мужественный спартанец вместе со своей женой ждёт слов старейшины, который осматривает их новорождённого сына. Снаружи он, идеальный воин, непоколебим, но внутри его одолевают страх и сомнения, ведь старик держит их младенца над бездонной пропастью, ставшей могилой для многих не прошедших проверку детей.
Юный воин стоит в строю, ожидая атаки врага. Сжимая в руках своё копьё с тройным наконечником, он нервно сглатывает, и оглядывается по сторонам, надеясь увидеть, что не он один сомневается. Непоколебимость воинов и знамя Такэды за плечами ненадолго вселяют в молодого воина уверенность, но она тут же испаряется, когда он вспоминает, что к вечеру немногие из них останутся в живых.
Каждый из этих троих оказался на грани человеческих чувств, страстно желая и одновременно опасаясь кульминации, которая избавит их от тяжкого груза ожидания и при этом может перевернуть весь мир.
Они даже не представляли, что сейчас чувствовала простая безголовая воннаби-мангака Ниигаки Риса, пока Иэтоми читал её произведение. Взгляд профессионала скользил по страничкам с глупыми, неинтересными, непроработанными (как бедная девушка сейчас их оценивала) историями, выискивая все те минусы, которые загонят немногие достоинства произведения в землю! Каждый раз, когда мужчина бросал короткий взгляд на неё, Риса вздрагивала, боясь, что вот-вот раздастся вердикт, который навсегда похоронит мечту стать знаменитой мангакой, и, чтобы скрыться от навалившегося позора, девушке придётся сбежать в другой город, префектуру или даже уйти в море на промысел тунца и никогда не возвращаться на сушу.
Затем бог-судья Иэтоми открыл рот, и Риса сжала кулаки так, что её ногти больно впились в ладони.
Его вердикт был странным. Он даже не был вердиктом - только какой-нибудь эпатажный творец мог принять его за крайне концептуальную оценку своего произведения, но Риса была слишком взволнована, чтобы искать в словах мужчина скрытый смысл, и недостаточно эксцентрична как личность, чтобы сходу броситься выполнять его указания. Сначала она несколько секунд обдумывала сказанное, выискивая критические нотки или похвалу, но потом, когда до неё наконец дошло, что сидеть как статуя будет как минимум невежливо, Риса взяла доставленную посылку и вскрыла её.
Вместо так ожидаемой Иэтоми бумаги там оказался по-спартански минимальный канцелярский набор для мангаки - четыре карандаша, два пера и маленькое письмо с хокку про весну и отпечатком красной губной помады. Вероятней всего, от благодарной поклонницы - Риса метафорически нахмурилась, вдруг взревновав к этому кусочку бумаги, который мог украсть драгоценное время, уделённое лично ей её мастером-кумиром! Поэтому она тут же схватила ближайший листок, перо, и без всяких сомнений принялась шкрябать по чистой его стороне.
Ничего не произошло, потому что тушь в перо никто не зарядил - действительно, какой дурак отправит его так по почте?
В ход пошёл карандаш, вырисовывая историю о том, как застенчивая Юра-тян, с румянцем, витающим на месте, где у неё должны быть щёки, приходит к неизвестному ещё, новому персонажу манги с пачкой листов в руках, затем протягивает их ему, а потом...
Риса вдруг остановилась, когда ощутила, что сделанная ей зарисовка до ужаса рекурсивна, и что даже дурак, не говоря уже о признанном гении, проведёт очевидные аналогии и сделает выводы из её необычного внешнего вида. С ужасом она уронила карандаш, отстранилась от бумаги и схватилась за шлем, чтобы проверить, остался ли он на месте. Так трудно порой контролировать эмоции!
Ну да, вот он, на месте - прямо в её руках, а в чёрном стекле отражается её обрубок и идущий из него чёрный дым.


Вы здесь » demonifuge » матушка йоми дает вам задание » 15.04.2012 «Мы идем в гости к мангаке!»


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC